Животное

Значение слова Животное по Ефремовой:
Животное - 1. Любое живое существо. // Живое существо в отличие от человека.
2. перен. разг. Грубый человек с низменными инстинктами, с неразвитыми нравственными понятиями.

Значение слова Животное по Ожегову:
Животное - Живой организм, существо, обладающее способностью двигаться и питающееся, в отличие от растений, готовыми органическими соединениями


Животное О грубом, неразвитом и неумном человеке
Животное Такое живое существо, в Anti человеку

Значение слова Животное по словарю синонимов:
Животное - скотина (скот)
тварь
зверь

Значение слова Животное по словарю Ушакова:
ЖИВОТНОЕ
животного, ср. 1. Живое существо, способное чувствовать и передвигаться. Домашние животные. Позвоночные, беспозвоночные животные. || Тоже, в противоп. человеку (преимущ. о домашних животных). Животные и люди радуются весне. Он жалеет животных. 2. Неумный и грубый человек (разг. бран.). Скажите этому бесчувственному животному, чтоб не смел больше и являться в дом.

Значение слова Животное по словарю Брокгауза и Ефрона:
Животное — Термином Ж. означают представителей одной из двух больших групп или царств, на которые распадается вся совокупность живых существ. Различие между Ж. и растениями, к которым принадлежат все остальные живые существа, является крайне резким и характерным и не представляет никаких затруднений, пока мы ограничиваемся высшими представителями той или другой группы; но по мере того, как мы переходим к организмам ниже стоящим по степени сложности строения, различия все более и более сглаживаются, признаки, характеризующие Ж., оказываются свойственными и растениям, и наоборот. Наконец, среди простейших живых существ, одноклеточных организмов, мы находим много таких форм, принадлежность которых к тому или другому царству крайне трудно определить и относительно которых приходится руководиться сравнением с такими низшими организмами, которые мы можем с уверенностью относить к тому или другому царству. Но и этот прием оказывается иногда недостаточным. Имея дело с Ж. относительно высокоорганизованными, мы отличаем их по свободному и произвольному движению, проявлениям сознания и чувствительности, общему виду и строению тела, а также особенностям в строении тканей, способах размножения, химическом составе и обмене веществ. Однако ни один из этих признаков не дает нам надежного общего критерия для отличия всякого Ж. от всякого растения. Способность движения свойственна в весьма малой степени многим из Ж., а именно прикрепленным к одному месту, сидячим; все движение их может сводиться к изменению положения лишь некоторых органов, иногда даже ограничиваться открыванием и закрыванием отверстий (например, губки, некоторые оболочники). С другой стороны, способность движения, в ответ на внешнее раздражение, свойственна некоторым высшим растениям и достигает наибольшей степени у так называемых насекомоядных растений и мимоз. У низших растений способность движения широко распространена то в стадии подвижных зародышей, то в течение более или менее значительных периодов или даже всей жизни. Способы движения у низших растений и Ж. одинаковы: движение многочисленных мерцательных волосков, или менее многочисленных и более крупных жгутиков, или путем выпускания и втягивания отростков протоплазмы, или общего передвижения, переливания ее. Вместе с тем, переходя к низшим Ж., мы все более и более утрачиваем возможность судить о степени сознательности и произвольности движений и наконец у одноклеточных Ж. и растений наблюдаем совершенно одинаковые явления и никаких объективных оснований для суждения о произвольности и сознательности мы не имеем. Вдобавок анестетические вещества оказывают одинаковое действие на чувствительность и движение у представителей обоих царств. С другой стороны, и форма тела у многих низших Ж., а особенно у одноклеточных, не дает оснований для того, чтобы отличать их от растений. Разнообразные системы внутренних органов могут у некоторых Ж. отсутствовать, например органы пищеварения у ленточных глистов (см.), нервная система у губок (см.), наконец у одноклеточных различия в этом отношении совершенно исчезают; кроме того, у низших Ж. мы встречаемся с такими же затруднениями при определении границы индивидуальности (см. ниже), как у растений. Гистологическое строение Ж. и растений тоже не дает надежных и общих различий: и у Ж., и у растений встречаются и голые клетки, и покрытые оболочками, а у одноклеточных различия этого рода, конечно, имеют еще менее значения. Хотя формы размножения у высших организмов и представляют значительные особенности, но сущность полового размножения одинаково сводится в обоих царствах к слиянию содержимого женской и мужской половой клеточки, а у низших (особенно одноклеточных) и самые формы соединения у Ж. и растений в общем одинаковы; притом многим Ж. свойственно и бесполое размножение (образование почек, деление). Вопреки господствовавшему прежде мнению, химический состав растений и Ж. в существенных чертах одинаков; клетчатка растений очень близка к туницину мантии оболочников, рядом с крахмалом существует гликоген и т. д. Питание и обмен веществ тоже не представляют существенных различий между всеми Ж., с одной стороны, и всеми растениями — с другой. Жизненные процессы в обоих царствах одинаковы по существу, сопровождаются поглощением кислорода и выделением углекислоты и переходом органических соединений в более простые. Подобно Ж., растения, лишенные хлорофилла, нуждаются в органических веществах, а некоторые хлорофиллоносные растения (насекомоядные) обладают способностью переваривать животную пищу. Образование органических веществ из неорганических под влиянием света свойственно лишь растениям, заключающим хлорофилл или вещества, подобные ему, а следовательно, признак этот свойственен лишь некоторым растениям; кроме того, хлорофилл встречается и у некоторых Ж. (по всей вероятности, здесь происходит симбиоз (см.) одноклеточных водорослей с Ж.). Итак, нет ни одного признака, который мог бы служить всегда надежным критерием для того, чтобы отличить Ж. от растения, и мы должны смотреть на оба царства как на две группы органических форм, развившихся в разных направлениях из одного общего источника. Естественно, что чем более мы приближаемся к этому общему источнику, тем более сглаживаются различия. Э. Геккель предложил отделить организмы, стоящие на границе животного и растительного царств, в особое царство протистов, но такое деление не представляет удобств: одни протисты ближе к Ж., другие к растениям и, принимая классификацию Геккеля, мы должны определить границу между протистами и Ж. и между протистами и растениями. По строению Ж. распадаются на две больших группы: Ж. простейших или одноклеточных (Protozoa) и многоклеточных (Me tazoa). Тело первых состоит лишь из одной клеточки или известного числа сходных клеточек, способных ко всем функциям, из которых слагается жизнь организма (реже между клеточками такой колонии существует некоторое различие); все приспособления к различным функциям, разделение труда ограничиваются частями клеточки. Тело многоклеточных животных представляет собрание более или менее значительного числа более или менее разнородных клеточек, между группами которых происходит разделение труда. Последнее может достигать различных степеней сложности и соответственно этому возрастает сложность строения и совершенство отправлений организма. Все клеточки образуют одно целое и отдельные элементы обладают сравнительно малой степенью самостоятельности. Путем развития новых Ж., не отделяющихся вполне от Ж., произведшего их, возникают колонии, отдельные индивиды которые в большей или меньшей степени утрачивают свою самостоятельность, играя иногда по отношению ко всей колонии такую же роль, какую орган играет по отношению к целому организму. В таких случаях бывает трудно решить, имеем ли мы дело с одним индивидом или с целой колонией. Для различных деятельностей организм многоклеточного Ж. обладает специальными орудиями, органами, слагающимися из более или менее сложных групп клеточек. Обыкновенно делят органы Ж. на органы растительной и животной жизни: первые заведуют функцией питания (в широком смысле слова) и размножения, вторые — ощущением и движением. Если для известной цели служит целая группа органов, то она называется системой органов (например, система органов пищеварения и т. п.). Число сходственных органов и расположение их определяет план строения Ж. Если органы образуют известное число (2, 4, 5, 6 и более) сходных групп, симметрично расположенных вокруг общей оси, то такое расположение называется лучевой симметрией (2-4-лучевой и т. д.), а сходные группы — антиметрами. Если парные органы располагаются по сторонам продольной вертикальной плоскости, проходящей через тело Ж., то получается двубоковая симметрия. Могут встречаться переходы между той и другой (так, у большинства иглокожих [ см. ] лучевая симметрия кажущаяся, приближающаяся в различной степени к двубоковой). Наконец, тело может иметь совершенно неправильную форму и расположение органов. Иногда сходные группы органов располагаются последовательно в ряд, тело Ж. состоит тогда из сегментов, сегментировано (подобное явление наблюдается иногда и на сложных колониях — см. Сифонофоры). Каждое многоклеточное Ж., если оно не произошло путем деления или почкования, развивается из одной клетки путем более или менее длинного ряда изменений — это онтогенетическое развитие Ж. Под именем филогенетического развития подразумевают тот ряд изменений в течение ряда предшествовавших поколений, посредством которого Ж. получило свое современное строение. Деление Ж., подразделения науки о них и история этой науки — см. Зоология. Н. Кн.


Животноводческий   
Животное   
Животность